Что может английская разведка

В течение года российская контрразведка выступает с обвинениями в адрес британской разведки. За это время набралось так много материала, что уже можно попытаться восстановить «почерк» так, как его видят в ФСБ.

Есть по крайней мере три скандала с обвинениями в адрес британской разведки: шпионский камень, выступление Андрея Лугового, и сдача с повинной Вячеслава Жарко.

Самый невнятной и дающей минимум фактов для анализа историей остается скандал с камнем. Суммируя заявления ФСБ, получается, что сотрудник московской резидентуры состоял в контакте с неустановленными (иначе был бы суд) российскими гражданами, а также курировал неправительственные организации.

Показания Андрея Лугового чуть более конкретны: Литвиненко сообщил Луговому, что он вместе с Березовским работает на британскую разведку. Кроме того, по словам Лугового, именно Литвиненко передал ему экземпляр книги Гришковца для связи с британскими разведчиками, то есть Литвиненко не только был в курсе всей разведывательной игры британцев, но и выполнял функции «оператора» - сотрудника разведки, который должен «вести» агента.

Самое большое количество деталей выдал Вячеслав Жарко, офицер налоговой полиции, который по роду службы никогда не имел доступа к материалам особой важности и стратегического характера.

По версии Жарко, его вербовка (сначала под видом консалтинга) состоялась в Лондоне, вербовал его Александр Литвиненко. Он же познакомил его с англичанином Марком Флинтом, якобы отставным офицером и владельцем консалтинговой компании. Вербовку Жарко непосредственно на MI6 снова провел Литвиненко, предложив «работать на правительство». На следующий день Литвиненко привел в его гостиничный номер двоих англичан: Пола и Джона (цитирую по МК): «Оба они хорошо говорили по-русски и не скрывали, что работают в MI6. Англичане спросили, подтверждаю ли я свою готовность к сотрудничеству. После чего объяснили, что их интересует информация политического, экономического и военного характера». Как сообщил Жарко, с него взяли расписку в том, что брал деньги от секретной службы ее величества. Еще одна деталь: Литвиненко выдал его за сотрудника ГРУ. А те поверили.

При следующем визите Пол и Джон объявили, что свидания в Лондоне прекращаются, встречи будут в других странах. Жарко была закрыта въездная виза в Англию. Следующая встреча состоялась в Стамбуле. Встретивший Жарко офицер разведки сообщил ему не только настоящее имя и фамилию (Джон Калаган), но и рассказал, что прежде работал в Москве, под крышей первого секретаря посольства. При этом Литвиненко присутствовал и на этой встрече.

Периодически к ним присоединялся еще один человек — сотрудник стамбульской резидентуры Кен. Он тоже раньше работал в британском посольстве в Москве, откуда был выдворен в 1996 году за шпионаж.

Завербовав Жарко, британцы послали его на Украину, где теперь уже ему поручали вербовать людей. Для экстренных случаев ему выдали сотовый телефон, по которому он мог связываться с опять-таки Литвиненко. Но в 2005-м англичане поставили новую задачу: теперь он должен был собирать информацию по неправительственным российским организациям. К тому времени произошла и смена кураторов; в Хельсинки Литвиненко (снова!) представил Жарко двух других сотрудников разведки — Мартина и Ли.

В 2006-м британцы потребовали найти подходы к Управлению контрразведывательных операций ФСБ. По их информации, кто-то из сотрудников посольства в Москве был завербован ФСБ.

Почерк британской разведки проясняется: вербовка агента доверяется имеющему вид на жительство иностранцу. Ему же поручено сопровождать агента, поддерживать с ним связь (как в случае с Жарко, так и в случае с Луговым это Александр Литвиненко). При этом с агента берется подписка, а для укрепления духа его знакомят с несколькими сотрудниками московской резидентуры. Потом этому агенту поручается самому вербовать агентов, меняя ему сферу деятельности. Видимо, тоже для поднятия духа, этому агенту закрывается доступ в Великобританию – чтобы не мечтал, что есть куда бежать.

Есть информация и о почерке кадровых британских разведчиков. Во-первых, они используют для засылки под дипломатическим прикрытием в посольства провалившихся в Москве и высланных со скандалом сотрудников. Эти кадровые разведчики не проверяют информацию, полученную от агента, и даже не наводят справки о его трудовом пути – майора налоговой полиции удается выдать за офицера военной разведки. Кроме того, по странному стечению обстоятельств, оба агента – и Луговой, и Жарко – перед выездом в Британию успели посидеть в СИЗО Лефортово, в котором с ними работали следователи ФСБ. SIS это не смутило. В британской разведке также ничего не знают о структуре спецслужб России, так как человеку, которого они считают экс-сотрудником ГРУ, поручается «найти подходы» к Управлению контрразведывательных операций ФСБ. Здесь начинается вторая часть, которая еще важней для определения почерка, чем первая.

Оказывается, британская разведка проводит не только операции по сбору информации, но ведет в России наступательные операции подрывного характера. Она пытается повлиять на ситуацию внутри ФСБ (иначе объяснить термин «найти подходы к УКРО» невозможно), а также использует неправительственные организации. Последние не нужны для сбора разведданных, зато их можно использовать (по версии ФСБ) – для подрывной деятельности, то есть организации заговора или переворота.

Разведка бывает и такой, но надо попытаться понять, может ли так действовать SIS. Нет, дело не в том, что мне известны тайны Секретной службы Ее Величества: просто английская разведка имеет несколько характерных черт, которые, во-первых, отличают ее от спецслужб всех других стран - от США до России, а во-вторых, является институционально присущими, то есть они не меняются по крайней мере с 1921 года.

Первый принцип – система третьей страны (Third country system). Означает, что британская резидентура старается не работать против той страны, на территории которой она находится, а проводит операции против соседа. Именно поэтому в 90-е годы, когда ФСБ ловила настоящих шпионов, было так много совместных анло-эстонских скандалов: встречи с агентами (включая, например, Платона Обухова или Валерия Оямяэ) проходили на территории Эстонии.

Второй принцип – соблюдение так называемого «соглашения 1921 года». После Первой Мировой была проведена реформа SIS, в результате которой было принято, что разведка должна добывать информацию по запросу, а не самостоятельно, а потом предлагать ее потребителю – армии, флоту или Форин Офису. Для этой цели в состав разведки были введены сотрудники тех государственных департаментов, которые являются получателями развединформации (а не наоборот, как в России, когда сотрудники спецслужб назначаются в госорганы). Цель очевидна - чтобы запрос от департамента быстрее и четче доходил до разведки. Побочным эффектом этого соглашения стала ситуация, при которой невозможно спланировать операцию «автономно» - без запроса со стороны британских властей или без их ведома. Такое положение было усилено в 1994 году, когда после принятия «Акта о разведке» (Intelligence Services Act) любую разведоперацию должен санкционировать госсекретарь – чиновник Уайтхолла.

Третий принцип – смена кадров и сворачивание штатов после окончания каждой войны. Этот принцип последовательно проводился после Первой и Второй мировых войн, а также после окончания Холодной. В 1993 году состоялось так называемое «убийство на Рождество» (Christmas massacre), когда ушел в отставку весь совет директоров SIS во главе с директором разведки Макколлом. Цель – замена руководства времен холодной войны на молодых офицеров, получивших опыт в разных регионах. К власти в британской разведке пришли люди, которые сделали карьеру не на борьбе с СССР, у них нет ностальгии.

Четвертый принцип – тихая ненависть к подрывным действиям. В SIS всегда плохо относились к диверсантам. Не потому, что там работают ангелы – просто диверсионные акции, проведенные в конкретной стране, ставят под удар разъяренной контрразведки расположенную там резидентуру. В результате SIS всячески пыталась дистанцироваться от этой роли. Во время Второй мировой для этого даже была создана отдельная спецслужба – Управление спецопераций (УСС). После войны ее остатки включили в состав SIS. Именно эти остатки УСС пытались в 50-е годы засылать на территорию СССР агентов, поддерживали «лесных братьев» в Прибалтике и т.п., породив у советской (а теперь и российской) контрразведки ложное ощущение, что британскую SIS хлебом не корми, дай провести переворот или устроить партизанщину.

Пятый принцип появился уже после Второй мировой. Если уж устраивать большую игру, то вместе с американцами. Когда британцам надо было свергнуть режим Моссадыка в Иране, то дирижером выступал офицер SIS Монти Вудхауз и группа офицеров ЦРУ. Вспомним историю с «иракским досье», когда британцы просто рабски следовали Вашингтону, выставляя желаемое за действительное.

В любой спецслужбе бывают идиоты, но представить, что британская разведка, при всей своей прозрачности для правительства, принесла чиновнику с Уайтхолла документы на проведение операции, где вербовку агента и его сопровождение будет осуществлять иностранец, будет засвечена московская резидентура, а целью является подрывная деятельность с неясными перспективами, достаточно сложно. Это еще будет и незаконно, потому что есть еще один принцип – «правило третьей мили», по которому SIS запрещено проводить операции на территории Великобритании и в пределах трех миль от ее границ. А ведь надо еще поставить в известность американцев.

Между тем, похоже, что в деле отравления Литвиненко и всех этих многочисленных скандалах вокруг кружка Березовского действительно не обошлось без британских спецслужб. По данным «Новой газеты», с Луговым, например, работала контрразведка MI5. Упомянутый Жарко Мартин Флинт, судя по заявлению Гольдфарба в «Коммерсанте» тоже является отставным офицером MI5. Однако тогда картина меняется: получается, что британская контрразведка, в задачи которой входит обеспечение безопасности своей страны, вела какие-то игры с эмигрантами из России. Точно также, как она эта делает с выходцами из Пакистана, арабских стран и т.п.. Насколько эти игры были законны, почему британцы не публикуют всех имеющихся у них данных – это нужно выяснять английским журналистам. А нам хорошо бы понять, зачем ФСБ придумывать глобальный заговор против России с участием наследников Сиднея Рейли.