Асад Дуррани: я не совсем понимаю термин «терроризм»

Генерал-лейтенант Ассад Дуррани руководил самой могущественной пакистанской спецслужбой ИСИ в начале 90-х – не самый спокойный период в истории Пакистана и Афганистана, определивший характер современного терроризма.

Его карьера обычна для пакистанского армейского офицера: родился в 1941 году, закончил правительственный колледж в Лахоре в 1959-м, поступил в военную Академию Пакистана. В армии прослужил 30 лет, принимал участие в двух войнах с Индией (1965 и 1971). В результате успешной карьеры в армии возглавил сначала военную разведку, а потом ИСИ (Межведомственную разведку Пакистана). Ушел в отставку в 1993 году. После увольнения его карьера не закончилась – был послом в разных странах, в том числе в Саудовской Аравии (с 2000 по 2002). Служба в Эр-Рияде совпала с началом американской операции в Афганистане, и саудовцы именно через Дуррани озвучивали свою обеспокоенность тем, как Северный альянс содержит попавших в плен соотечественников, воевавших на стороне талибов.

За то время, пока он возглавлял ИСИ, Дуррани обвиняли в самых разных грехах: в 1994 году, например, бывший премьер Пакистана Наваз Шариф заявлял, что Дуррани в 1991-м предлагал ему план по финансированию тайных операций, которые перестало поддерживать ЦРУ, на вырученные от продажи героина средства (Дуррани это обвинения отрицал). Когда спецслужбой руководил Дуррани, ИСИ обвиняли в поддержке талибов, связях с Аль-Каидой и проч.

В настоящее время Дуррани вместе с группой генералов находится в оппозиции к Мушаррафу. С 2004 года он неоднократно публично призывал вывести пакистанские войска с территории Афганистана, ссылаясь на то, что армия не считает эту войну «своей» и, соответственно, все менее охотно ее ведет. Дуррани критиковал Мушаррафа за штурм Красной мечети и считался сторонником Беназир Бхутто.

Возможно, Дуррани - единственный из возглавлявших ИСИ генералов (а ИСИ - одна из самых закрытых спецслужб мира), принятых на Западе. В апреле в издательстве «Praeger» выходит книга об изменениях в методах спецслужб после 11 сентября, где Дуррани – автор главы о спецслужбах Пакистана. В интервью Андрею Солдатову он говорит об особенностях борьбы с терроризмом по-пакистански.

- Господин Дуррани, мы с вами соавторы книги «PSI Handbook of Global Security and Intelligence» о реформах после 11 сентября. Так как изменились пакистанские спецслужбы после терактов в США, как вы оцениваете эффективность этих реформ?

- Я не знаю, как именно изменились наши секретные службы после 11 сентября, и не могу оценивать их эффективность. Однако мне известно, что в ИСИ созданы контртеррористические ячейки, работу которых координирует Министерство внутренних дел. Именно это Министерство отвечает за сотрудничество с другими странами.

- Некоторые эксперты считают правомерным сравнивать контртеррористические ведомства Пакистана и России, считая, что спецслужбы обеих стран имеют опыт жесткого противостояния с террористами, используют жестокие методы борьбы, не всегда видят разницу между исламизмом и терроризмом, а также закрыты для общественного контроля. Что вы думаете? - Я не эксперт по контртерроризму, и я, конечно, ничего не знаю о тактике российских спецслужб. И я никогда не слышал о подобных обвинениях в адрес наших спецслужб.

- У вас большой опыт в отслеживании ситуации в Афганистане. Если забыть об идеологии, в чем, главное отличие советской тактики в Афганистане по борьбе с инсургентами от тактики сил коалиции?

- Я отслеживал там ситуацию только 18 месяцев, и это было после ухода советских войск. Все похоже, только у СССР было больше наземных сил, чем у сил коалиции, которые больше полагаются на ВВС, и в результате менее эффективны.

- Было много публикаций о том, что ситуация с исламизмом в Пакистане ухудшилась с 2002 года и причина – присутствие коалиции в Афганистане. И все, конечно, слышали о событиях вокруг Красной мечети. Как вы оцениваете эти события? И насколько эффективна тут тактика пакистанских секретных служб?

- Честно говоря, я не совсем понимаю, что означают термины «исламизм» и даже «терроризм». Во-вторых, роль секретных служб – получать информацию о противнике (в данном случае о бойцах или повстанцах). А «борьба» ведется государством, через силы безопасности или администрацию. Пока это было довольно неэффективно, потому что использование силы против таких целей, особенно когда они имеют поддержку собственного населения (и большинство из них - наши собственные граждане) обычно контрпродуктивно.

- Как вы оцениваете сегодня сотрудничество спецслужб Пакистана, США и Великобритании? Насколько известно, у ЦРУ и MI6 сейчас есть прямой доступ к материалам ИСИ.

- Я думаю, они сотрудничают на каком-то уровне. Я не знаю, на каком именно, но я не верю, что есть спецслужбы, которые даже с союзниками готовы делиться всей информацией.

- Другой вопрос о международном сотрудничестве: насколько я знаю, сегодня есть планы включить Пакистан в ШОС. Но есть сведения, что приглашение Исламабада в эту организацию играет в первую очередь на руку Узбекистану – из-за присутствия боевиков ИДУ в стране. А в чем может быть интерес самого Пакистана?

- Я думаю, что для Пакистана это прежде всего возможность не остаться в стороне от столь важного регионального альянса. Конечно, Узбекистан должен быть заинтересован, потому что их люди пришли в нашу зону племен после вторжения США в Афганистан.

- Видите ли вы какие-либо перспективы сотрудничества с российскими спецслужбами в области борьбы с терроризмом?

- Никогда ничего об этом не слышал.

Смотри также на "Агентуре":