Реклама на сайте

Наши партнеры:

Ежедневный журнал Портал Credo.Ru Сайт Сергея Григорьянца

Agentura.Ru - Спецслужбы под контролем

© Agentura.Ru, 2000-2013 гг. Пишите нам  Пишите нам

Братская помощь

фото Кавказ.орг

В истории войн на постсоветском пространстве только в Абхазии в массовом порядке применялось использования инонационального "пушечного мяса". Сейчас же чеченцы вряд ли в состоянии выполнить свои громкие обещания помощи Палестине.

Евгений КРУТИКОВ

На территории России (да и всего бывшего СССР) наемничество -- как идейное, так и продиктованное чисто меркантильными интересами -- всегда было уделом одиночек. Классические примеры: Приднестровье и многочисленные войны в Югославии -- именно там наемники как явление проявили себя во всей своей красе. Помимо "идейных" казаков там воевало множество персонажей не ассоциировавших себя с какой-либо политической партией или течением. Так, вся охрана Радована Караджича и часть охраны генерала Радована (Ратко) Младича в Боснии некоторый период состояла из выходцев из одной из Закавказских республик. Контракт был не столько финансовый (хотя и эта сторона дела существенно влияла на выбор работы), сколько политический -- сербы считались "духовно близким народом", которому следовало помогать.

Исключение в этом ряду была война в Абхазии. Тогда на помощь малочисленным (всего около 80 тысяч человек, считая женщин, детей и стариков) абхазам пришли отряды Конфедерации народов Кавказа (КНК) -- зонтичной организации, объединявшей в первой половине 90-х годов национальные движения едва ли не всех северокавказских народов.

Решение о введении в Абхазию частей КНК было принято на съезде в Нальчике. Основу отрядов КНК составили, вопреки расхожему мнению, не чеченцы, а кабардинцы и адыгейцы. Министром обороны Абхазии был назначен кабардинец Солтан Сосналиев -- полковник советской армии "афганской закваски". Начальником штаба -- молодой адыгеец Амин Зехов. Командующим флотом Абхазии стал дагестанец Али Алиев -- офицер советского ВМФ. Чуть позже в Абхазию стали прибывать и чеченцы. Численность их отряда никогда не превышала 500 человек, но они через пару месяцев в обязательном порядке ротировались. Таким образом, чеченскому командованию удалось пропустить через мясорубку на Гумистинском фронте до 10 тысяч молодых чеченцев, что дало им опыт участия в реальных боевых действиях -- через пару лет этот опыт пригодился в первую чеченскую кампанию против российских войск.

Командиром чеченского отряда в Абхазии был не Шамиль Басаев, а Хамзат Ханкаров -- молодой военный самородок, обладавшим помимо прочего еще и дипломатическим талантом. По окончанию войны именно Ханкаров был назначен начальником Информбюро (по сути дела -- посольства) КНК в Сухуме, тогдашней главной резиденции Конфедерации (в Нальчике деятельность КНК была свернута под давлением российской контрразведки). Через год Хамзат Ханкаров таинственно погибнет в ходе подавления мятежа Руслана Лабазанова в Грозном (пуля попадет ему в затылок, хотя все позиции лабазановцев находились спереди).

После смерти Ханкарова мифические лавры "главного чеченского командира в Абхазии" автоматически перешли Шамилю Басаеву. Шамиль занимал пост командующего войсками КНК номинально -- управление велось из общего штаба в Гудауте (затем он перехал в Эшеру). На эту должность Шамиля проллобировал лично Джохар Дудаев, а основная функция Басаева сводилась к посредничеству между поставщиками оружия в Чечне и абхазскими "потребителями" товара. По сути дела, Басаев был только торговцем. Его участие в планировании и проведении операций в Абхазии обычно заканчивалось трагически. В ночь на 16 марта 1993 года Басаев послал на прорыв через верхний мост через Гумисту отборные части абхазской армии: армянский танковый батальон имени Баграмяна, собственно абхазские и греческие части. Через двое суток абхазы потеряли до 300 человек убитыми -- страшные потери для столь малочисленного народа (потери оборонявшихся на высоком берегу грузин составили не более 70 человек убитым). Ардзинба и ряд абхазских командиров (Сергей Шамба, Закан Нанба, братья Агрба, Сергей Аршба) попытались отстранить Басаева от командования, но тот реабилитировался ночным рейдом на грузинский блок-пост высоко в горах. Чуть позже Басаев практически продал осетино-кабардинский десант у села Тамыш, который должен был отсечь Сухум от подкреплений из Мегрелии. По рации Басаев отказался прислать командирам десанта министру обороны Южной Осетии Валерию Хубулову и командующему осетинской гвардией Алану Джиоеву подмогу, заявив, что "он своих людей на убой не пошлет".

Далее Басаев практически уже не участвовал в проведении операций по освобождению Сухума. Войска КНК управлялись как единое целое с собственно абхазскими частями и практически ничем не отличались от регулярной армии. Именно части КНК первыми заняли Сухум (отличись кабардинская бригада 31-летнего майора Муаеда Шорова), а над зданием парламента за неимением под рукой абхазского флага сперва был поднят осетинский.

Сейчас чеченцы практически не в состоянии высылать куда-либо подмогу: их силы истощены (речь идет в первую очередь об обученных бойцах. а не о новобранцах из сел) Один-два чеченца, объявившихся в Палестине, могут играть только пропагандистскую роль, и уж тем более они не могут быть инструкторами - скорее сами арабы могут научить их приемам террористической войны. За очередным заявлением чеченского командования практически ничего не стоит - это чистая пропаганда.